Возрастные кризисы в психологии у детей: Кризисы детского возраста, чего ожидать родителям и как их преодолеть

Кризисы детского возраста, чего ожидать родителям и как их преодолеть

Нынешнее поколение детей очень сильно отличается от тех, кто рос ещё лет 10-15 назад. Современные дети раньше развиваются, раньше «взрослеют» во всех отношениях: физическом, психическом, эмоциональном.

Многие процессы, в том числе, гормональная перестройка, у них тоже происходит раньше, поэтому проявления влюблённости, интерес к отношению полов у них тоже проявляются много раньше. И наступление пубертатного кризиса возможно и будет считаться нормой уже не в 13, а в 11 лет.

Пубертатный кризис самый длительный и самый острый из всех кризисов детского возраста: ребёнок не просто взрослеет, изменения происходят не только в физиологии, но и в сознании, и в поведении, и в общении.

У девочек кризисный период начинается значительно раньше, чем у мальчиков и протекает относительно спокойно, у мальчиков этот период может начаться на 1-2 года позже, чем у девочек, но проявляется крайне остро и бурно.

Пубертатный кризис для любого ребёнка особенно тяжёл тем, что, с одной стороны, он может яростно доказывать, что он взрослый и не нуждается во внимании и заботе родителей, а с другой – ему очень хочется вновь почувствовать себя как в детстве, когда мама просто обнимет, поцелует, поможет и защитит.

Помимо изменений в поведении ребёнка, у него наблюдаются изменения в самочувствии:

  • Повышение артериального давления и тахикардия
  • Головокружения и обмороки
  • Нарушения сна
  • Повышенная возбудимость
  • Иногда болезненность в суставах, связанные с быстрым ростом
  • Изменение пропорций тела
  • Повышенное потоотделение
  • Мутация голоса у мальчиков
  • Появление вторичных половых признаков
  • Кожные высыпания

Как поступать взрослым в период кризиса 13-ти лет

Пубертатный кризис нередко провоцирует у ребёнка возникновение поведенческих, нервных и психических расстройств:

  • Истерики
  • Уход из дома
  • Курение, употребление алкоголя
  • Воровство
  • Суицидальные расстройства
  • Девиантное поведение
  • Неврозы, тики, фобии
  • Акцентуации
  • Психопатии
  • Обсессивно-компульсивные расстройства
  • Депрессии

Игнорирование взрослыми этих в буквальном смысле криков о помощи может обернуться трагедией.

Как помочь ребёнку преодолеть пубертатный кризис:
  1. Найдите время на то, чтобы изучить данный вопрос: сейчас очень много литературы в открытом доступе, в том числе учебников и пособий по психологии детского возраста.
  2. Научитесь слышать вашего ребёнка, давайте ему возможность высказаться, дайте совет, если он этого просит.
  3. Не допускайте в разговоре с ребёнком криков, упрёков, оскорблений, как бы тяжело вам не было: за маской бунтаря, за показным равнодушием прячется очень ранимое существо.
  4. Не допускайте гиперопеки, не устанавливайте жёстких рамок, наоборот, поддерживайте самостоятельность ребёнка, его стремление к взрослой жизни, к принятию решений, но в то же время чётко объясните, что с расширением его прав, увеличиваются его обязанности и ответственность.
  5. Не забывайте уделять внимание себе. Да, это тоже очень важно – сместить центр притяжения с ребёнка, не посвящая ему 24 часа в сутки. Таким образом вы избежите совершенно не нужных придирок и выяснений отношений. У вас будет время отдыхать друг от друга.
  6. Помните, что возрастной кризис явление временное, и он обязательно когда-нибудь закончится. И как будут складываться ваши дальнейшие отношения с подростком, как будет складываться вся его жизнь, во многом, но не во всём, зависит от вас – от родителей.

Возрастные кризисы у детей – календарь кризисов ребенка

 

Возрастные кризисы представляют собой переходные состояния с одного этапа жизни на другой. Существующие средства достижения целей переосмысливаются и кажутся неадекватными. Из-за этого развиваются непредсказуемые ситуации, а поведение кардинально меняется и не всегда в лучшую сторону. Возрастные кризисы – часть естественного развития ребенка.

Календарь кризисов

Возрастных кризисов у детей пять:

  • новорожденности – в 6-8 недель;
  • раннего детства – в 1-1,5 года;
  • 3-х лет – между 2 и 4 годами;
  • 7-лет – между 6 и 8 годами;
  • пубертатный – в 12-14 лет.

Психологи рассматривают их с физиологической и психологической точек зрения.

Кризис новорожденности

Физиология. Ребенок адаптировался к существованию вне материнской утробы. Организм привык самостоятельно дышать, регулировать температуру тела, получать и переваривать пищу. Регулярный сон и питание позволяют ощущать себя уверенно в новых обстоятельствах.

Психология. Качество психологической адаптации новорожденного зависит от родителей. Ребенок еще не владеет средствами общения, но нуждается в помощи, поэтому важную роль играет материнская интуиция.

Что делать? Научиться понимать язык тела, жестов и мимики ребенка. Чтобы выразить заботу и поддержку, как можно чаще берите его на руки, обнимайте, кормите грудью.

 

Кризис новорожденности заканчивается периодом оживления. Ребенок осваивается, узнает близких, улыбается, когда видит их.

Кризис первого года жизни

Физиология. Главные факторы кризиса раннего детства – обучение навыкам ходить и говорить, начало самостоятельного познания мира. Даже если ребенок общается на «своем» языке, ученые расценивают его как автономную детскую речь.

Психология. Ребенок начинает понимать, что главный человек в его жизни – мама – не принадлежит ему всецело, у нее есть собственная жизнь и интересы. Он начинает опасаться, что его бросят или потеряют. Ребенок добивается повышенного внимания, часто следует по пятам и зовет маму. В то же время он сравнивает себя с другими и пытается отстаивать волевые решения, противопоставлять их действующим семейным правилам, протестовать.

Что делать? Бороться с ребенком не только бесполезно, но и недопустимо, так как в период кризиса он еще больше нуждается в родительской любви и поддержке – физической и эмоциональной. Предоставьте ему определенную свободу, при этом контролируйте ее рамки – стимулируйте и притормаживайте время от времени, в зависимости от ситуации.

Кризис 3 лет

Физиология. В 3 года происходит первая гормональная перестройка организма. Ядра промежуточного мозга и гипофиза активизируются, это способствует интенсивно протекающим процессам познания.

Психология. Кризис 3 лет – один из самых острых. Ребенок трудно управляем, его поведение практически не поддается коррекции. Его самые популярные слова – «Не хочу» и «Не буду». Вы говорите, что пора домой, – он убегает. Вы просите сложить игрушки – он их разбрасывает. Ваш отказ в удовлетворении какой-то просьбы вызывает демонстративный протест – ребенок кричит, топает ногами, может замахнуться и ударить. Не бойтесь, это форма нормального взросления: ребенок начинает ощущать себя личностью, но выражает самостоятельность доступными ему средствами.

Что делать? Не пытаться демонстрировать силу и власть – это может закрепить негативное поведение и черты характера. Найдите в себе силы проявлять терпение, иногда ребенок сам хочет перестать плохо себя вести, но еще не умеет этого сделать.

Вы можете помочь ему, например переключить внимание. Также попробуйте выявить объективные причины такого поведения, может быть, в вашей семье слишком строгие правила или ребенка обижают другие дети.

В то же время установите четкие границы того, чего делать нельзя, и не отступайте от этого – в противном случае ребенок начнет вами манипулировать. Во время истерик оставляйте его наедине с собой – без «зрителей» капризы проходят быстрее.

При правильном поведении взрослых кризис 3-леток проходит через год-полтора.

Кризис 7 лет

Физиология. Кризис 7 лет связан с периодом интенсивного физического роста, развитием мелкой моторики рук и сложных нервно-психических функций.

Психология. На фоне физических изменений меняется социальный статус ребенка – он становится школьником. У некоторых детей необходимость привыкнуть к новому окружению и требованиям провоцирует неврозы. Ребенок становится тревожным, но прячет эмоции, у него снижается аппетит, по утрам возможны тошнота и рвота. Он может не хотеть идти на занятия, отвечать на вопросы учителя, спорит с родителями, огрызается, передразнивает старших. В этом возрасте возможны первые уходы из дома: чаще у мальчиков из строгих семей.

Что делать? Проблемы чаще возникают у детей, которые физически или психологически в чем-то отстают от сверстников, поэтому не спешите отдавать ребенка в школу, по крайней мере, не посоветовавшись с педиатром. Не загружайте первоклассника дополнительными секциями, дайте ему адаптироваться к школе. Не предъявляйте повышенных требований к учебе и обеспечьте дома спокойную обстановку.

Не наказывайте за неудачи и плохие оценки – этим вы отобьете желание учиться. Предоставьте ребенку больше самостоятельности и ответственности. Если у него что-то не получается, поддерживайте его веру в себя.

Подростковый кризис

 

Физиология. В 11-15 лет наблюдается ускоренный физический рост и половое созревание.

Психология. На этом фоне происходят психологические изменения: повышенная чувствительность, возбудимость, неустойчивость настроения, несдержанность, возможна агрессивность. Стремление к независимости от взрослых и самоутверждению провоцирует необдуманные поступки: курение, алкоголь, ранние половые связи, наркотики. Подростки тяготеют к группированию и времяпрепровождению в обществе сверстников. Они эгоистичны и равнодушны к окружающим, при этом очень нуждаются во внимании и заботе взрослых.

Что делать? К подростку нужно относиться как к взрослому, способному принимать решения и отвечать за поступки. Не нужно навязывать ему свое мнение, постарайтесь подводить его к адекватным самостоятельным решениям. Если поведение подростка вызывает у вас опасения, проконсультируйтесь с психологом.

Возрастные кризисы закономерны. Их течение зависит от особенностей личности ребенка: может быть острым и болезненным либо мягким и практически незаметным. При правильном поведении взрослых ребенок преодолевает возрастные кризисы, а дома сохраняется спокойная, дружелюбная атмосфера.

Борьба с кризисом психического здоровья молодежи

В 43 школах Соединенного Королевства группы подростков и детей дошкольного возраста тренировались быть внимательными, чувствовать момент и наслаждаться тем, что хорошо в жизни. Во время еженедельных занятий, которые длились от 30 до 50 минут, более 3600 детей выполняли эти упражнения под руководством учителя в рамках интервенции, основанной на осознанности, называемой программой .b. Он должен был помочь детям справиться со стрессом, нервами и переживаниями за десять еженедельных занятий. Но через год после вмешательства 11-14-летние участвовавшие в эксперименте участвовавшие в эксперименте подростки по шкале депрессии и благополучия были не лучше, чем те, кого обучали по обычной социально-эмоциональной программе9.0003 1 . На самом деле, говорит психиатр Виллем Куйкен из Оксфордского университета, Великобритания, были некоторые доказательства того, что детям с существующими проблемами психического здоровья могло быть даже немного хуже.

Часть Nature Outlook: Депрессия

Психическое здоровье подростков становится предметом растущей озабоченности, и Целевая группа профилактических служб США рекомендует проводить скрининг всех детей в возрасте от 8 до 18 лет на предмет беспокойства. По мере роста проблем с психическим здоровьем ученые рассматривают профилактику как стратегию борьбы с растущим уровнем депрессии среди молодежи. Исследователи говорят, что возможно и необходимо предотвратить проблемы с психическим здоровьем, которые часто начинаются в подростковом возрасте. Но по мере того, как программы, направленные на повышение устойчивости, распространяются в школах, исследования, подобные проведенному Кайкеном, указывают на сложность задачи.

Десятилетия исследований рисуют сложную картину взрывного ландшафта программ вмешательства, исследований, которые невозможно сравнивать друг с другом, и противоречивых результатов — некоторые обескураживающие, другие более многообещающие. В целом исследование предполагает, что не может быть одной стратегии, которая будет работать для всех детей, но также подчеркивает необходимость лучшего понимания того, как справляться с нарастающим кризисом у молодых людей, особенно у девочек.

Вмешательствам, вероятно, придется сместить акцент со школы на структурные социальные проблемы, которые нагружают психическое здоровье, в то время, когда дети учатся формировать отношения и функционировать в мире, говорит Кайкен. «Возможно, нам потребуется радикально переосмыслить то, как мы думаем об укреплении психического здоровья молодежи», — говорит он. «Речь идет не только о предотвращении проблем с психическим здоровьем у детей. Речь идет о подготовке людей к жизни».

Угнетающая тенденция

До середины 1990-х в психиатрии существовало общее мнение, что депрессия — это состояние, встречающееся только у взрослых, — говорит Тэмсин Форд, детский и подростковый психиатр из Кембриджского университета, Великобритания. Но с тех пор стало ясно, что подростковый возраст является решающим периодом для психического здоровья. По словам Куйкена, хотя у детей в возрасте трех лет может быть диагностирована депрессия, обычно она начинается в раннем подростковом возрасте, в период интенсивного развития мозга. Исследования показывают, что половина всех психических расстройств начинается в возрасте 14 лет, а 75% — в середине 20-летнего возраста.0003 2 . Если молодой человек испытывает депрессию или беспокойство, добавляет Кайкен, это часто является признаком того, что он может столкнуться с проблемами на всю жизнь с симптомами.

По мере роста осведомленности росла и распространенность (см. «Тревожная тенденция»). С 1995 по 2014 год показатели самоотчетов о психических расстройствах увеличились с 0,8% до 4,8% среди более чем 140 000 человек в возрасте от 4 до 24 лет в Англии 3 . Согласно недавнему анализу данных, собранных из более чем 167 000 подростков по данным Национального исследования по употреблению наркотиков и здоровью 4 .

Источник: J. M. Twenge et al. Дж. Ненормальный. Психол. 128 , 185–199 (2019).

Особое беспокойство вызывают девушки. В исследовании, проведенном в США, уровень депрессии у девочек-подростков вырос с 11,4% до 23,4%, что более чем в три раза превышает рост на 3,7%, наблюдаемый у мальчиков. В репрезентативном опросе 26 885 учащихся в возрасте 11–14 лет в Соединенном Королевстве каждый третий сообщил о выраженных депрессивных симптомах 5 . Причины такого несоответствия до сих пор не совсем ясны, говорит Силия Уилсон, клинический психолог из Университета городов-побратимов Миннесоты, соавтор комментария 9.0003 6 об исследовании в США.

Пандемия COVID-19 усилила психическое здоровье молодежи. Согласно исследованию 2021 года 7 , только в Соединенных Штатах более 140 000 детей в возрасте до 18 лет потеряли родителей или опекунов из-за COVID-19 в период с апреля 2020 года по июнь 2021 года. Изоляция привела к изоляции и семейным конфликтам. Согласно отчету Национальной службы здравоохранения Великобритании 8 , среди детей в возрасте от 5 до 16 лет уровень вероятных психических расстройств достиг 16% в июле 2020 года по сравнению с менее чем 11% в 2017 году. лонгитюдные исследования из США, Нидерландов и Перу 9 , исследователи обнаружили умеренное увеличение симптомов депрессии у подростков в 2020 году, с наихудшими результатами среди тех, кто живет в условиях самых строгих карантинных ограничений.

В некоторых странах исследователи только начинают документировать показатели депрессии и связанных с ней расстройств у молодых людей, а также то, как пандемии, войны и другие травмирующие мировые события могут повлиять на психическое здоровье этой возрастной группы. Фади Маалуф, детский и подростковый психиатр из Американского университета в Бейруте, и его команда перевели и утвердили стандартные анкеты для скрининга депрессии на арабский язык. Затем Маалуф и его коллеги использовали этот инструмент для опроса репрезентативной на национальном уровне выборки из более чем 1500 детей в возрасте от 5 до 18 лет9.0003 10 . Около одной трети группы страдало как минимум одним психическим расстройством — это более высокий показатель, чем в других исследованиях, обнаруженных в различных странах, таких как Непал (19%) и Германия (14,5%). Депрессивное расстройство проявилось у 6% участников, а тревога — у 23%.

Полученные данные стали первой записью о распространенности психических расстройств среди молодежи Ливана, и они дают представление о том, как травмирующие события влияют на молодежь во всем мире. Через несколько месяцев после катастрофического взрыва в порту Бейрута в августе 2020 года погибло более 200 человек, около 1000 детей получили ранения и 300 000 человек были перемещены, Маалуф и его коллеги опросили родителей примерно 800 пострадавших детей в возрасте от 8 до 17 лет. по происшествию. У трети детей были признаки депрессии 11 , что в пять раз превышает нормальный фоновый показатель, который включал людей, уже борющихся с пандемией. Почти у двух третей были симптомы тревоги, что почти в три раза больше, чем обычно; 52% дали положительный результат на посттравматическое стрессовое расстройство, что более чем вдвое превышает показатель для детей, не пострадавших от взрыва.

Как только у ребенка диагностируют депрессию, варианты лечения хорошо известны, говорит Тамар Мендельсон, директор Центра здоровья подростков Школы общественного здравоохранения Блумберга имени Джона Хопкинса в Балтиморе, штат Мэриленд. Психосоциальная терапия первой линии выбора — это когнитивно-поведенческая терапия и межличностная терапия. Было показано, что класс антидепрессантов, известных как селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС), несмотря на опасения по поводу их влияния на суицидальные мысли, помогает подросткам; несколько СИОЗС одобрены для педиатрических пациентов. Другие варианты, в зависимости от тяжести симптомов и устойчивости депрессии к другим методам лечения, включают трициклические антидепрессанты, электрошоковую терапию и физические упражнения.

Несмотря на разнообразие терапевтических путей, 60% молодых людей с депрессией в Соединенных Штатах вообще не получают никакого лечения психического здоровья, говорит Мендельсон. Даже в штатах с лучшим доступом к психиатрической помощи каждый третий молодой человек не получает лечения. В Техасе, штате с худшим доступом к лечению, почти три четверти молодых людей с депрессией не получают помощи. По словам Маалуфа, отсутствие доступа к лечению — это всемирная проблема, и в некоторых местах пробелы огромны. В Ливане, согласно одному исследованию 10 , всего 5% детей с депрессией обращались за профессиональным лечением.

Профилактический потенциал

Учитывая, как много молодых людей борются с психическим здоровьем и как мало людей имеют доступ к лечению, которое может быть дорогостоящим и трудоемким, школы стали привлекательным объектом для вмешательства, говорит Куйкен. Теоретически помощь детям в месте, где они проводят так много времени, может значительно решить проблему.

Хотя есть основания полагать, что профилактические программы могут работать в школах, исследования показали, что подростки больше всего выигрывают от программ, проводимых в клиниках или других медицинских учреждениях. В одном многоцентровом исследовании с участием 316 подростков клинический психолог Джуди Гарбер из Университета Вандербильта в Нэшвилле, штат Теннесси, и ее коллеги обнаружили более низкие показатели депрессии у подростков, которые прошли через 9 лет.Групповые занятия по 0 минут на 8 недель 12 . Эти преимущества сохранились, когда исследователи продолжили работу через шесть лет.

Американские исследователи Дина Барч (слева) и Джоан Луби изучают изображения серого вещества мозга. Предоставлено: Washington Univ. Школа медицины

Но когда дело доходит до школьных программ, результаты неоднозначны, особенно для универсальных подходов, которые пытаются научить всех детей навыкам преодоления эмоций. Самый последний Кокрановский обзор программ профилактики на основе психотерапии, опубликованный в 2016 году, включал 83 испытания, которые проводились в основном в школьных условиях 13 . В обзоре не было обнаружено никаких доказательств того, что универсальные подходы снижают вероятность того, что у молодых людей будет диагностирована депрессия. Несколько лучшие результаты были получены при целенаправленных подходах, которые направлены только на детей, чьи родители страдают депрессией или подвержены риску по другим причинам, или на детей с признаками поведенческих или психических проблем. Но в испытаниях часто не было контрольных групп. Исследователи пришли к выводу, что доказательств недостаточно, чтобы рекомендовать эти программы.

С тех пор исследования начали концентрироваться на том, как определенные вмешательства могут быть полезны для определенных групп населения с различными состояниями психического здоровья. Мендельсон изучил вмешательство под названием RAP Club, которое сочетает в себе осознанность и когнитивные поведенческие стратегии в школах, обслуживающих неблагополучные сообщества в Балтиморе, штат Мэриленд. В одном исследовании 14 группы детей в возрасте от 12 до 15 лет в двух школах приняли участие в 12 занятиях, которые включали в себя такие действия, как встряхивание бутылки с шипучим напитком, а затем открытие ее, чтобы продемонстрировать, каково это — взорваться эмоциями ( действие, которому предшествует надевание непромокаемого пончо). По неопубликованным данным Мендельсон и ее коллеги обнаружили, что четыре месяца спустя студенты, прошедшие программу, имели меньше симптомов травмы и сообщали о более высоких успехах в борьбе со стрессом. Мендельсон признает, что RAP Club не сразу повлиял на симптомы депрессии или тревоги. Но когда COVID-19Когда пандемия началась через несколько лет после окончания исследования, исследователи снова проверились и, согласно еще неопубликованным данным, обнаружили более низкий уровень тревожности и тенденцию к меньшей депрессии у студентов, завершивших программу, по сравнению с теми, кто прошел ее. нет.

Другие многообещающие результаты были получены в ходе исследований, проведенных в различных странах. Исследователи из Норвегии, например, представили стратегию, обучающую регуляции эмоций и другим навыкам более чем 800 учащихся в возрасте от 8 до 12 лет, которые в ходе скринингового теста были отмечены повышенными симптомами депрессии и тревоги 15 . Студенты, получившие вмешательство под названием «ЭМОЦИЯ», почти в два раза уменьшили симптомы по сравнению с контрольной группой студентов, не участвовавших в программе. В Ливане Маалуф и его коллеги протестировали программу FRIENDS, учебную программу по повышению устойчивости, разработанную в Австралии, в которой используются методы когнитивно-поведенческой терапии для предотвращения беспокойства и депрессии. Они перевели программу на арабский язык, а затем представили ее 280 учащимся в возрасте от 11 до 13 лет в 10 школах Бейрута в рамках рандомизированного исследования 9.0003 16 . После 10 занятий в классе в течение 3 месяцев у детей, подвергшихся вмешательству, наблюдалось улучшение депрессивных и эмоциональных симптомов по сравнению с контрольной группой. У девочек также наблюдалось снижение тревожности.

Несмотря на эти успехи, исследования продолжают указывать на необходимость получения более качественных данных. Метаанализ 2021 года 17 пришел к выводу, что профилактические вмешательства могут быть успешно реализованы в школах, на рабочих местах и ​​в общественных местах, но необходимы более тщательно спланированные исследования, прежде чем данные станут достаточно убедительными, чтобы рекомендовать универсальные профилактические программы для всех.

Нюансов масса. Хотя крупное британское исследование осознанности 1 , проведенное Куйкеном, не выявило никакой пользы для детей, учителя сообщали о более низком уровне эмоционального выгорания после прохождения тренинга 18 . Учащиеся с учителями, которые лучше всего руководили программой, с большей вероятностью выполняли упражнения 19 . Участвовавшие учителя сообщили об улучшении школьного климата, включая атмосферу уважения 18 .

Еще из Nature Outlooks

Есть несколько причин, по которым изучение профилактики в школах затруднено. Школы — это изменчивая среда. Исследования часто бывают небольшими, без контрольных групп и включают только краткосрочное наблюдение. Депрессия сама по себе является гетерогенным состоянием, добавляет Гарбер. И дети могут различаться по своей готовности участвовать в групповых мероприятиях.

Также может быть трудно оценить, что означает профилактика, особенно когда программа может принести краткосрочные выгоды, которые не будут длиться вечно. Гарбер сравнивает профилактические программы с вакцинами, которые требуют повторных прививок, поскольку дети сталкиваются с новыми стрессорами на протяжении всей жизни. «Если вы хотите предотвратить депрессию, вы должны заниматься такими навыками, которым мы пытаемся научить людей, но это не одноразовая вещь», — говорит она.

Многочисленные исследования продолжаются, и должно быть больше ответов, говорит Джоан Лаби, детский психиатр из Медицинской школы Вашингтонского университета в Сент-Луисе, штат Миссури. И исследователи могут в конечном итоге обнаружить, что вмешательства должны начинаться раньше. В своей работе с маленькими детьми Луби и ее коллеги преобразовали интерактивную терапию родителей и детей, обычно используемую в качестве лечения, в профилактическое вмешательство для детей дошкольного возраста, которое они адаптировали для проведения с помощью Zoom на протяжении всей пандемии. Они планируют протестировать программу в качестве стратегии профилактики депрессии в учреждениях первичной медико-санитарной помощи и в школах в районе Сент-Луиса.

Цель состоит в том, чтобы обратиться к «эмоциональному развитию в раннем возрасте здоровым образом, научить детей учиться получать удовольствие от событий, учиться поддерживать эти положительные эмоции, учиться регулировать отрицательные эмоции, учиться не обращать внимания на отрицательные эмоции выборочно». . Достижение этих целей «может направить развитие на более здоровую траекторию», — говорит Луби, добавляя: «нам еще предстоит это доказать».

Чтобы быть более универсально эффективными, усилия по предотвращению депрессии, возможно, в конечном итоге должны будут меньше требовать от учителей и детей и больше сосредоточиться на бедности, насилии, бездомности, отсутствии продовольственной безопасности и других структурных проблемах, влияющих на психическое здоровье детей. «Мы слишком быстро видим проблемы с детьми и решения с помощью детей», — говорит Кайкен. «Если ребенок приходит в школу, не позавтракав или не имея доступа к Wi-Fi, из-за чего он не может сделать домашнее задание, изучение психологических техник для психического здоровья на самом деле не поможет. Может быть, нам нужно смотреть не на стойкость детей, а в первую очередь на причины их беспокойства».

Ссылки

  1. Kuyken, W. et al. Доказательство. На основе Мент. Здоровье 25 , 99–109 (2022).

    Артикул Google ученый

  2. Kessler, R.C. et al. Арх. Общая психиатрия 62 , 593–602 (2005).

    Артикул пабмед Google ученый

  3. Питчфорт, Дж. и др. Арх. Дис. ребенок 102 , А48–А49 (2017).

    Артикул Google ученый

  4. Дейли, М. Дж. Подросток. Health 70 , 496–499 (2022).

    Артикул пабмед Google ученый

  5. Форд, Т. и др. Дж. Ам. акад. Ребенок-подросток. Психиатрия 60 , 1467–1478 (2021).

    Артикул пабмед Google ученый

  6. Hillis, S.D. et al. Педиатрия 148 , e2021053760 (2021).

    Артикул Google ученый

  7. NHS Психическое здоровье детей и молодежи в Англии, 2020 г. (Информационный центр здравоохранения и социальной защиты, 2020 г.).

    Google ученый

  8. Barendse, M.E.A. et al. Препринт на PsyArXiv https://doi.org/10.31234/osf.io/hn7us (2021).

  9. Маалуф, Ф. Т. и др. Соц. Психиатрия Психиатр. Эпидемиол. 57 , 761–774 (2022).

    Артикул пабмед Google ученый

  10. Брент, Д. А. и др. JAMA Psychiatry 72 , 1110–1118 (2015).

    Артикул пабмед Google ученый

  11. Hetrick, S.E., Cox, G.R., Witt, K.G., Bir, J.J. & Merry, S.N. Cochrane Database Syst. Версия . https://doi.org/10.1002/14651858.CD003380.pub4 (2016 г.).

    Артикул Google ученый

  12. Мендельсон Т., Тандон С. Д., О’Бреннан Л., Лиф П. Дж. и Ялонго Н. С. Дж. Адолеск. 43 , 142–147 (2015).

    Артикул пабмед Google ученый

  13. Martinsen, K.D. et al. Дж. Консалт. клин. Психол. 87 , 212–219 (2019).

    Артикул пабмед Google ученый

  14. Маалуф, Ф. Т. и др. Пред. науч. 21 , 650–660 (2020).

    Артикул пабмед Google ученый

  15. Хоар, Э. и др. Дж. Психиатр. Рез. 144 , 483–493 (2021).

    Артикул пабмед Google ученый

  16. Куйкен, В. и др. Доказательство. На основе Мент. Health 25 , 125–134 (2022).

    Артикул Google ученый

  17. Монтеро-Марин, Дж. и др. Доказательство. На основе Мент. Health 25 , 117–124 (2022).

    Артикул Google ученый

Скачать ссылки

Психическое здоровье детей в кризисе

«Мне звонят люди, говорят: «Я и мой ребенок уже пару дней в реанимации, ждем койку. Мой ребенок склонен к суициду. Мы не можем вернуться домой… и я в ужасе. Что я делаю? Как вы можете помочь?», — сказала Донна Мартин, доктор медицинских наук, заведующая кафедрой педиатрии, профессор педиатрии и инфекционных заболеваний Фонда Равица и профессор генетики человека.

«И это просто неправильно».

Ситуация серьезная. Но это не ново.

«Мы кричали с крыш, говоря, что у нас кризис», — сказала Эмили Фредерикс, доктор философии, профессор педиатрии и директор отделения детской психологии в Мичиганской медицине. «В нашем штате не хватает поставщиков психиатрической помощи для удовлетворения потребностей детей. Мы знали, что находимся в ужасной ситуации.

«Пандемия усугубила ситуацию. Бесконечно.»

«Я говорил это так часто, что это звучит банально», — сказал Грегори Далак, доктор медицинских наук, Дэниел Э. Оффутт, профессор психиатрии III степени и заведующий кафедрой. «Все эти потребности были. Пандемия действительно просто сжала тиски системы».

Это сжатие вызвало беспрецедентное событие прошлой осенью, когда Американская академия педиатрии, Американская академия детской и подростковой психиатрии и Ассоциация детских больниц объявили чрезвычайное положение в стране в области психического здоровья детей и подростков.

«У нас есть тысячи пациентов, ожидающих доступа к детской психиатрической амбулаторной помощи в рамках нашей системы здравоохранения и по месту жительства», — сказал Насух ​​Малас, доктор медицинских наук, доцент кафедры психиатрии и педиатрии и руководитель службы детской психиатрии в Детской больнице К.С. Мотта. Больница.

Малас и его коллеги опубликовали исследование в журнале Clinical Pediatrics в январе, показывающее 18-процентный рост числа первичных психиатрических консультаций в детской больнице CS Mott с июля 2020 года по январь 2021 года по сравнению с периодом 2019–2020 годов.

БОЛЬШЕ ИЗ МИЧИГАНА: Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку новостей

Это четырехкратное увеличение спроса на консультации по психическому здоровью по сравнению с темпами роста в предыдущие годы.

Увеличился не только сам объем спроса, но и острота дистресса для отдельных пациентов.

Исследование Мичиганской медицины, опубликованное в журнале Clinical Child Psychology and Psychiatry в марте, показывает, что педиатрические пациенты, получавшие психиатрические и/или психологические услуги во время пандемии, чаще нуждались в средствах сдерживания и антипсихотических препаратах, чем те, кого лечили непосредственно перед пандемией. «Раньше мы видели среднюю серьезность», — сказал Фредерикс. «Теперь меня беспокоит каждый пациент».

Как и в случае со стихийными бедствиями, в этом кризисе есть герои — как провидцы, которые предвидели его приближение и потратили много лет на подготовку, так и те, кто призван действовать в эту острую болевую точку. Но, по мнению множества экспертов в области психического здоровья, опрошенных для этой статьи, необходимы более масштабные системные изменения, чем отдельные герои.

По всей стране бушует цунами нужды, и у нас есть не более чем мешки с песком, чтобы справиться с ним.

Ниже приведены семь действий, которые здравоохранение и страна могут предпринять, чтобы облегчить этот кризис. Большинство из них уже реализуются в Мичиганской медицине — в Мотте, Семейном отделении Наймана по охране психического здоровья и благополучия детей и подростков, Центре семейной депрессии Айзенберга и во многих клиниках, занимающихся проблемами психического здоровья детей.

1. Обучить больше поставщиков услуг

«Количество детских психиатров всегда было крошечным, мизерным — никогда и близко не приближалось к разумному количеству для населения», — сказала Лаура Хиршбейн, доктор медицинских наук, профессор психиатрии, историк, который в настоящее время пишет книги. по истории психического здоровья детей. В Мичигане только в округе Ваштено имеется достаточное количество детских и перинатальных психиатров.

Исторически сложилось так, что «детским психиатрам среди медицинских специальностей платили довольно мало», — говорит Шейла Маркус, доктор медицинских наук, профессор психиатрии. «И в конце пяти лет обучения после окончания медицинской школы у этих начинающих врачей возникли проблемы со студенческими кредитами».

У Министерства здравоохранения и социальных служб Мичигана теперь есть программа погашения кредита для поставщиков психиатрических услуг, которые два года проработали в некоммерческой медицинской клинике в районах с нехваткой медицинских работников или в детских и подростковых психиатрических больницах.

«Мы готовим больше детских психологов, — сказал Фредерикс. «[Но] интереса больше, чем свободных мест. На национальном уровне ведется работа по увеличению федерального финансирования подготовки детских и подростковых психологов».

Однако мы все еще далеки от того, где должны быть.

«Система здравоохранения нуждается в дополнительных инвестициях в психологов, — сказал Мартин. «У нас легко могло бы быть в четыре раза больше психологов, чем сейчас, и все равно не хватило бы».

Хиршбейн сказал, что «педиатры берут на себя роль основных специалистов по охране психического здоровья».

На самом деле, большую часть психиатрических препаратов для детей прописывают врачи первичного звена.

«Семьям нравится лечиться в учреждениях первичной медико-санитарной помощи, потому что им комфортно со своим врачом и из-за проблем, связанных со стигматизацией», — сказал Маркус.

 «Вопрос в том, как мы можем распространить опыт, чтобы люди знали, что делать [когда семьи обращаются к ним с проблемами психического здоровья]?», — сказал Хиршбейн.

Одним из ответов является Мичиганская программа совместного ухода за детьми, также известная как MC3.

Маркус основала эту программу десять лет назад, когда увидела, как трудно врачам первичного звена удовлетворять растущий спрос на психиатрическую помощь. MC3 сотрудничает с Департаментом здравоохранения и социальных служб штата Мичиган для поддержки врачей первичной медико-санитарной помощи, которые реагируют на кризисы психического здоровья.

Когда поставщик первичной медико-санитарной помощи инициирует консультацию с MC3, консультант по поведенческому здоровью рассматривает запрос, отвечая на вопросы в рамках своей компетенции и перенаправляя соответствующие случаи психиатру в Michigan Medicine для консультации по телефону в тот же день. Во многих случаях консультант по поведенческому здоровью также определяет местные ресурсы для пациента.

MC3 смогла использовать психиатрический опыт горстки психиатров из Мичиганской медицины для удовлетворения потребностей детей и женщин по всему штату. По состоянию на март 2022 года MC3 зарегистрировала 3100 поставщиков услуг, ответила на 38 000 запросов на обслуживание и помогла 16 000 пациентам.

Программа MC3 также является одной из нескольких программ в стране, где активно работает программа перинатальных консультаций, предоставляющая консультации врачам первичного звена, ухаживающим за женщинами во время беременности и в послеродовой период.

«Когда матери с депрессией и травмой выявляются на ранней стадии, консультанты могут направить их к специалистам по психическому здоровью младенцев, которые помогают формировать здоровые и надежные отношения привязанности со своими детьми», — сказал Маркус. «Эта ранняя связь помогает обеспечить здоровую траекторию развития для младенцев с самого начала».

MC3 также предоставила поставщикам первичной медико-санитарной помощи непрерывное образование в области охраны психического здоровья посредством своих образовательных модулей по таким темам, как расстройства пищевого поведения, СДВГ и другие проблемы психического здоровья. Обучение этих провайдеров, чтобы они стали лучшими специалистами по уходу за психическим здоровьем, — это один из способов, с помощью которого MC3 помог увеличить количество провайдеров, которые могут удовлетворить потребности кризиса.

2. Инновации для расширения доступа

Часто возникают проблемы с психическим здоровьем. Примерно у каждого пятого ребенка есть диагностируемое психическое заболевание, но только половина из них получает надлежащий уход. Несмотря на то, что холистическая медицина и уход за целым человеком широко распространены и обычно рекламируются как важные, психиатрическая помощь слишком часто разбивается на специализированные практики, которые остаются недоступными для многих семей.

«Мы должны сделать так, чтобы психиатрическая помощь была доступна для всех так же, как и физическая медицинская помощь», — сказала Джоанна Куигли, доктор медицинских наук, доцент кафедры психиатрии и педиатрии и заместитель директора детской и подростковой амбулаторной психиатрии. Сервисы. «Это должно быть так же просто, как обратиться к поставщику первичной медико-санитарной помощи для проверки здоровья ребенка».

Это область, в которой более широкое сообщество медицинских работников может использовать крупные системы здравоохранения, такие как Michigan Medicine, в качестве образца для подражания. В Mott услуги психолога и психиатра полностью интегрированы в детскую медицинскую помощь. «Интеграция психологов там, где дети получают уход, обеспечивает лучший уход и лучший доступ», — сказала Кристин Куллгрен, доктор философии, доцент педиатрии.

«Мы думаем о том, как мы можем более продуманно интегрировать уход и привлекать специалистов в области психического здоровья к медицинским учреждениям», — сказал Малас, который руководит консультационной службой психиатра в Mott. «Мы работаем с поставщиками медицинских услуг, чтобы обеспечить раннее обследование и предоставление профилактических услуг».

Еще одна относительно редкая инновация, улучшившая доступ к психиатрической помощи, — телемедицина или виртуальная помощь.

Куллгрен совершил только один виртуальный визит до пандемии. Но теперь она большой сторонник телемедицины, особенно для психического здоровья детей.

 «Для меня и моих пациентов виртуальный уход дает много положительных моментов, — сказал Куллгрен. «Доступ огромен для детей. Они могут войти в систему из дома, из школы, с парковки McDonald’s, где бы они ни находились, и я могу позаботиться о них. Если раньше то, что раньше занимало полдня или день, чтобы прийти на встречу, теперь занимает только время встречи».

В дополнение к интеграции психиатрической помощи с медицинской помощью и дальнейшему расширению доступа к психиатрической помощи с помощью телездравоохранения нам также необходимо подумать об инновационных способах уменьшить текущую нагрузку на психиатрические службы неотложной помощи.

Сейчас детские психиатрические койки заполнены на 95% в семейном отделении Найман, по словам Маласа, и шесть-восемь детей ждут на психиатрической койке.

Кто-то может ждать несколько дней, но это не обязательно больше коек.

«Нам нужно оказывать помощь пациентам на месте и на раннем этапе, чтобы это было возможно, устойчиво и естественно, вместо того, чтобы люди приходили в отделение неотложной помощи посреди ночи в кризисной ситуации», — сказал Малас.

Он также рекомендует расширить службы охраны психического здоровья, «чтобы это была не просто амбулаторно-стационарная модель». Он говорит, что нам нужны центры неотложной помощи, оборудованные для решения проблем с психическим здоровьем, центры передышки для подростков, которым нужен период охлаждения, и программы частичной госпитализации.

Малас и Куигли входят в группу, разрабатывающую программу частичной госпитализации для детей и подростков. Подобная программа могла бы обеспечить психиатрическую помощь среднего уровня, аналогичную программе частичной госпитализации, которая уже существует для взрослых.

«Мы должны изменить нашу концепцию, чтобы не думать о психиатрической помощи как о чем-то, что происходит только в психиатрической клинике», — сказал Куигли. «Нам необходимо интегрировать эту помощь во все аспекты процесса оказания медицинской помощи».

3. Улучшить страховое покрытие

Для многих семей доступ к психиатрической помощи является почти синонимом наличия страхового покрытия. Но с точки зрения страхования психическое и физическое здоровье не рассматриваются одинаково.

«Страховые компании стали очень агрессивно управлять услугами по охране психического здоровья, чтобы заставить поставщиков показать, что кто-то действительно в них нуждается, в отличие от других заболеваний», — сказал Хиршбейн.

Джек Кауфман, доктор философии, профессор ассоциации физической медицины и реабилитации предлагает федеральные нормативные изменения с точки зрения страхования.

«Нам не нужно, чтобы страховые компании сообщали нам, сколько единиц чего-то они собираются дать нам, чтобы решить эту проблему, прежде чем мы даже [поставим диагноз]», — сказал Кауфман, который также проводит нейропсихологическое тестирование для детей, которое, как и все другие услуги в области психического здоровья, наблюдается рост спроса.

Кауфман также говорит, что мы должны убедиться, что одни и те же услуги возмещаются страховкой по одинаковой ставке — независимо от того, кто предоставляет услугу. Например, она говорит, что сеанс психотерапии может быть возмещен по более высокой ставке для врача, чем для психолога, хотя проведение такого сеанса не требует медицинского образования.

«Есть услуги, которые я как психолог не могу сделать, которые стоят дороже, и в этом есть смысл. Но услуга должна оплачиваться одинаково, если это одна и та же услуга».

Внесение этого изменения в страховое возмещение может стимулировать найм более широкого круга поставщиков услуг по охране психического здоровья для удовлетворения спроса на психологические услуги.

Вам также необходимо облегчить получение страховки поставщиками психиатрических услуг по месту жительства. Одна из причин, по которой крупные системы здравоохранения, такие как Michigan Medicine, имеют такие длинные списки ожидания, заключается в том, что они часто являются единственным выходом для семей, которые не могут позволить себе платить из своего кармана за психиатрическую помощь.

4. Узнайте больше о детском мозге

«Период от подросткового возраста до ранней взрослой жизни — это период, когда возникают проблемы с психическим здоровьем, — говорит Мэри Хейтцег, доктор философии, профессор психиатрии. «Это также когда мозг переживает критические процессы развития».

Хайтцег и Чандра Шрипада, доктор медицинских наук, доцент кафедры психиатрии, являются главными исследователями исследования когнитивного развития мозга подростков, также известного как ABCD. Новаторское общенациональное исследование включает 21 сайт, где собираются данные о 11 800 молодых людей (720 из них зарегистрированы в Мичиганской медицине). По словам Хейтцега, до того, как это исследование началось шесть лет назад, действительно впечатляющий размер выборки для такого исследования составлял бы 100 человек.

Каждый год каждый из зачисленных подростков и один из их родителей проходят восьмичасовую оценку. Это включает в себя нейрокогнитивные задачи, а также значительный набор анкет, которые собирают данные обо всем, от качества сна и употребления психоактивных веществ до времени, проведенного за экраном, и внеклассных занятий. На исходном уровне и через год после этого оценка включает фМРТ для регистрации изменений головного мозга. Исследователи также собирают данные в середине каждого года.

Но как простое наличие всех этих данных может улучшить психическое здоровье детей?

Вот тут-то и появляется еще одно технологическое достижение: совместное использование данных.

Данные исследования доступны исследователям по всему миру, и на данный момент опубликовано около 400 исследований, основанных на ABCD, говорит Шрипада. Богатство набора данных позволяет использовать поразительный набор интерпретаций, которые могут иметь серьезные последствия для детей.

«Одна из вещей, которую ABCD помог нам окончательно установить, заключается в том, что социально-экономические факторы — ресурсы домохозяйства, доход по отношению к потребностям, неблагоприятное соседство и образование родителей — оказывают большое влияние на мозг детей, на структуру мозга, в паттернах связи и в том, как мозг реагирует на задачи», — сказал Шрипада. «Это может иметь некоторые политические последствия».

Хайтцег отмечает, что лонгитюдный характер исследования также позволит исследователям увидеть результаты, связанные с этими изменениями мозга. «Они больше подвержены риску проблем с психическим здоровьем, хуже успевают в школе и т. д.?»

Хайтцег говорит, что еще одним преимуществом исследования является то, что «у нас есть вся эта другая информация. Например, организованный спорт. Теоретически у нас может быть группа детей с одинаковым социально-экономическим статусом и одинаковыми изменениями в мозгу, но они занимаются спортом, а другая группа — нет. Мы видим, как потенциальный защитный фактор, такой как [спорт], может смягчить исход».

Роберт Цукер, доктор философии, действующий почетный профессор психиатрии и психологии, почетный директор Центра наркологии Мичиганского университета и один из первых главных исследователей исследования ABCD, сказал, что «последняя часть головоломки — это влияние макроэкологических событий, например, COVID-19, или глубоких и долгосрочных последствий крупной военной катастрофы, такой как в Украине».

Цукер на протяжении всей своей карьеры интересовался причинами и лечением проблем с психическим здоровьем и провел исследование о происхождении поведенческих проблем и злоупотребления психоактивными веществами у детей, чтобы изучить эти вопросы.

Исследование проводилось в течение 31 года, начиная с 1985 года с детей в возрасте от трех до пяти лет, самого раннего возраста развития, который когда-либо изучался таким образом. Он также включал данные о родителях этих детей, и это было самое продолжительное исследование матрицы взаимодействия в семье относительно ее потенциального вклада в развитие этих проблем или защиты от них.

Цукер подчеркивает важность понимания того, что влияние основных исторических событий на здоровье поколения, вероятно, является взаимодействием с адаптацией психического здоровья и социальными ресурсами молодежи, переживающей эти события.

Нравятся подкасты? Добавьте Новости медицины штата Мичиган на Spotify , Apple Podcasts или подкасты, которые вы слушаете в любом месте.

Следователи ABCD тоже поняли это. Когда началась пандемия, исследователи ABCD быстро включили вопросы в свои оценки воздействия COVID-19 на семьи. Это исследование уже отслеживает эти эффекты с течением времени, и первые результаты показывают такие взаимодействия.

«Большинство проблем и проблем с психическим здоровьем носят долгосрочный и хронический характер, — сказал Цукер. «Они переводят. Но излечение — полное излечение — встречается относительно редко. Решение этой проблемы с точки зрения общественного здравоохранения заключается в предотвращении. Детальные знания, полученные ABCD, могут определить, какие цели должны быть для этой долгосрочной профилактики».

5. Профилактика психических заболеваний

В каком возрасте лучше начинать помогать детям в целях укрепления психического здоровья и предотвращения психических заболеваний? В Zero to Thrive, или Z2T, ответ — до рождения.

Размещенный в отделении психиатрии, Z2T предоставляет психиатрические услуги отдельным лицам и семьям с момента зачатия до раннего детства.

«Наука ясна: развитие мозга в самые ранние годы закладывает важнейшую основу для дальнейшего благополучия, а вмешательство, направленное на укрепление здоровья близких в раннем возрасте, продемонстрировало высокую отдачу от инвестиций», — сказала Мария Музик, доктор медицины, магистр наук. , содиректор Z2T и доцент кафедры психиатрии и акушерства и гинекологии. «Эффективные программы должны удовлетворять насущные потребности в области психического здоровья не только за счет доступа к психиатрической помощи, но и за счет уменьшения социальной изоляции, с которой сталкиваются многие семьи, поддержки родителей в удовлетворении их собственных эмоциональных потребностей и эмоциональных потребностей их детей и подключения семей к ресурсам в сообществе. для удовлетворения всех потребностей семьи».

Z2T рассказывает о важности здоровья в раннем возрасте и о том, как нужно строить отзывчивые отношения между опекуном и младенцем. Когда опекуны позитивны и отзывчивы, мозг ребенка получает стимуляцию, необходимую для формирования нервных путей, обеспечивающих устойчивость и развитие.

Стажеры медицинского факультета работают как в перинатальной клинике, обслуживающей беременных и родильниц, так и в клинике для младенцев и детей младшего возраста, обслуживающей семьи от рождения до шести лет, используя передовые технологии видео-наблюдения и обратной связи для поддержки и развития сильных сторон семьи. .

«Несмотря на то, что наши услуги в клинике имеют решающее значение, если мы будем ждать, пока семьи обратятся к нам в психиатрии, мы достигнем только вершины айсберга», — сказала Кэтрин Розенблюм, доктор философии, содиректор Z2T, профессор психиатрии, педиатрии, акушерства и гинекологии. «Вот почему мы уделяем большое внимание партнерству с местными поставщиками медицинских услуг, предлагая обучение многопрофильным поставщикам в области перинатального и раннего детского психического здоровья и тем самым достигая семей, где они уже есть — от педиатрической первичной помощи до раннего ухода и образования, до другие общественные программы».

Ключевой частью Z2T является серия программ Strong Roots, которые помогают детям укреплять устойчивость в семьях, особенно в семьях, переживших такие невзгоды, как травмы, экономическое угнетение или неравенство.

Исследования этих программ продемонстрировали положительное влияние как на родителей, так и на детей, включая улучшение взаимоотношений в раннем возрасте, изменения в схемах родительского мозга, которые связаны со снижением родительского стресса, усилением социальных связей с другими родителями и более широким использованием общественных услуг.

Существуют программы для мам («Сила мамы»), пап («Братство отцов») и семей военнослужащих, а также программа для воспитателей раннего возраста, работающих с младенцами и детьми в дошкольных учреждениях и яслях. Z2T подготовила специалистов, которые внедряют эти программы в общественные организации по всей стране. Z2T также проводит исследования, образовательные инициативы и клиническое предприятие, чтобы помочь беременным и родильницам с проблемами психического здоровья.

«Школы, поставщики первичной медико-санитарной помощи и ресурсы местного сообщества должны найти способы интегрировать психическое здоровье и благополучие во все, что они делают», — сказал Малас. «Мы должны рассматривать психическое здоровье как общую ответственность всех специалистов, которые взаимодействуют с детьми и семьями».

Еще одна программа, начатая в Мичиганской медицине, которая принимает во внимание эту интегрированную модель психического здоровья, называется TRAILS, или «Преобразование исследований в действия для улучшения жизни студентов». TRAILS снабжает школьный персонал обучением, ресурсами и клиническими инструментами, необходимыми для реализации трех уровней программирования: социальное и эмоциональное обучение для повышения устойчивости и развития у учащихся навыков саморегуляции, а также стратегии самообслуживания для сотрудников, чтобы противостоять стрессу и выгоранию. ; Раннее вмешательство для учащихся с проблемами психического здоровья; управление риском самоубийства и координация ухода за учащимися, находящимися в кризисной ситуации.

Исследования показывают, что учащиеся, которые проходят когнитивно-поведенческую терапию и обучение осознанности, предлагаемые TRAILS, демонстрируют снижение симптомов депрессии и/или тревоги на 16,9 %, а также повышенное использование навыков саморегуляции и преодоления трудностей.

Семейный центр лечения депрессии Айзенберга также предлагает программу «равный-равному», которая началась в 2009 году. В рамках этой программы учащиеся средних и старших классов знакомятся с депрессией и депрессивными заболеваниями и помогают им найти творческие способы передать эти знания своим сверстникам. Программа получила Золотую награду Американской психиатрической ассоциации за академические программы в 2019 году..

6. Помогите помощникам

Удовлетворение потребностей поставщиков психиатрических услуг является ключевым компонентом защиты психического здоровья детей.

Небольшое изменение, которое могло бы помочь этим поставщикам, заключается в улучшении понимания многих специализаций в области психического здоровья.

 «Вы бы отправили человека с болями в животе к дерматологу?» — спросил Кауфман.

Она часто получает неподходящие направления, потому что направляющие врачи не осведомлены о полном спектре узких областей в области психологии и о том, куда обращаться по данной проблеме. Например, нейропсихологическое тестирование, которое проводит Кауфман, нацелено в первую очередь на когнитивные проблемы и диагностику, а не на лечение поведения или настроения, но кто-то может предположить, что она работает с пациентами с этими последними проблемами, потому что она психолог.

Дело не только в том, что получение неправильного направления вызывает разочарование, но и в неэффективности системы психиатрической помощи, которая, если ее исправить, могла бы высвободить специализированных поставщиков для оказания нужной помощи нужному пациенту в нужное время.

Еще более сложной задачей является предоставление лучшей поддержки поставщикам.

 «Психическое здоровье поставщиков услуг психиатрической помощи сейчас очень низкое», — сказал Кауфман. «Мы люди, которые слушают всех в кризис».

В начале пандемии Кауфман и другие поставщики психиатрической помощи в Michigan Medicine объединились, чтобы поддержать передовых медицинских работников. Было 200 добровольцев, которые лично и виртуально консультировали своих коллег из Мичиганской медицины, переживших худшие последствия пандемии. Они также помогли рассказать им о том, как травма влияет на психическое здоровье, и о том, что они могут ожидать со временем.

Теперь эти добровольцы испытывают огромное бремя, поскольку спрос на психиатрическую помощь намного превышает предложение поставщиков.

«Оценка [лучше всего] выражается в том, чтобы слушать, слушать и быть вовлеченным в происходящее», — сказал Кауфман.

Она считает, что значимым первым шагом на пути к помощи поставщикам психиатрических услуг будет честное признание того, как они страдают.

7. Измените ход разговора

В конце 1960-х годов Конгресс заказал исследование, результатом которого стал отчет под названием Кризис психического здоровья детей . Хиршбейн сказал: «Это вызвало такие вещи, как системный расизм, [показывая], что бедные чернокожие дети никак не могут выжить и процветать, живя в таких условиях».

Что поразительно в этом отчете, так это то, что в нем ничего не говорится о психиатрических диагнозах или лекарствах.

«Детские психиатры в то время были в основном психоаналитиками, но они также были и активистами», — сказал Хиршбейн. «Они хотели, чтобы правительство сделало что-то, чтобы помочь детям. Они были о больших социальных изменениях».

Отчет Кризис психического здоровья детей  был инициирован при администрации президента Джонсона, «но он попал на стол президента Никсона, где сразу же умер». Больших социальных изменений не предвиделось.

В 1990-х и 2000-х годах детские психиатрические препараты стали более доступными и коммерциализированными.

«Идея диагностики, лечения и сосредоточения внимания на психических заболеваниях была настоящим прорывом в детской психиатрии, — сказал Хиршбейн. «Тем не менее, число детей, отвечающих критериям психического заболевания, не уменьшается. Что-то происходит, и мы идем в неправильном направлении».

Хиршбейн считает, что было бы полезно вернуться к вопросу, которым руководствовались 500 экспертов, работавших над Кризис психического здоровья ребенка  отчет: «Что значит вырастить ребенка здоровым?»

Один из ответов на этот вопрос заключается в том, чтобы помочь детям освоить основные социальные навыки и правила вежливости, активы, которые Мартин считает жертвами пандемии.

«Навыки, необходимые нам для функционирования общества, сейчас под угрозой, — сказала она. «Мы потеряли социальную ткань нашего взаимодействия с сообществом, и Zoom не заменяет личное общение».

Мартин считает, что изоляция, вызванная пандемией, особенно опасна для детей, которые только учатся быть в обществе. Она также обеспокоена все более невежливым тоном онлайн-дискуссий.

«Как вести себя правильно в обществе, где язвительность, обвинительность или, откровенно говоря, оскорбительность становятся нормой?» — спросил Мартин. «Если вы ребенок, растущий в такой среде, я беспокоюсь о том, как вы будете выглядеть через 10 лет. Это действительно страшно. Как мы создаем эти значимые взаимодействия для семей, отдельных лиц и сообществ?»

Положительным моментом пандемии стал сдвиг в публичных разговорах о психическом здоровье.

«Мы прошли долгий путь в решении проблемы стигмы в области психического здоровья, — сказал Мартин.

Куигли считает, что это здорово, что больше профессиональных организаций и по адресу State of the Union знают о кризисе психического здоровья.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *